ГЛАВНАЯ      АВТОРЫ

ПОИСК      МЕНЮ

1«   ‹2›   ‹3›   »16

Третья рота  › Мелочи жизни

Фарбштейн Вадим

Третья рота (Сборный пункт)

Обычно мне нравятся песни Боярского. Но всему свое время и место. В данном случае ни время, ни место не подходящее. Я лежу одетый на койке в так называемом «общежитии шоферов». На соседней койке лежит Саня Лукьянов — глаза в потолок. У окна, ссутулившись, шофер Володя пришивает погоны на майорскую шинель. На стене напротив плакат: ботинок, переворачивающий урну, и надпись: «Хулиганство! А дальше?» Чуть ниже ручкой подписано: «Дальше Армия».

Раздолбанный магнитофон крутит одну-единственную кассету. Хоть бы сломался, что ли? Мы тут уже неделю живем, и изо дня в день одно и тоже: «И никуда, никуда мне не деться от этого…!» Издевается. Спел бы лучше «пора-пора-порадуемся…».

Дверь открывается, в комнату вкатывается подполковник Шевченко — невысокого роста, с картофельным носом мужчина, на вид лет пятидесяти пяти.

Мужики! Сегодня к девяти часам нужно баню натопить!

Мы соглашаемся, глядя на него поверх ботинок и позевывая. Как приятно поколоть дрова на свежем воздухе, особенно, когда уже целую неделю маешься от безделья.

Неделю — а такое ощущение будто месяц. Только первый день был еще не похож на другие, неровный, стоячий какой-то. Сначала стояли на плацу, вывалив все из своих рюкзаков, ждали пока убедятся, нет ли у нас «недозволенных вложений». Потом стояли у дверей корпуса, ждали, когда нас призовут на медкомиссию.

Довольно забавная картина: очень голая очередь извивается по коридорам и кабинетам, и, наконец, вываливается в просторную комнату, по периметру которой сидит человек пятнадцать врачей. Это похоже на живой конвейер: тут пощупали, там послушали, здесь посмотрели…

***

Есть женщины, которые влияют на мужчин не прилагая к этому никаких усилий. Они даже не задумываются об этом, но само их присутствие заставляет мужчин — стажистов — подтянуть животы и расправить плечи, а юных стажеров — почувствовать себя рыцарями. И дело не в личной заинтересованности — тяга к прекрасному не обязательно должна быть потребительской.

Просто наличие Настоящей Женщины заставляет нашего брата претендовать на звание Настоящего Мужчины.

Осознавая свое «простоволосое» положение, я все-таки не могу оторвать от нее взгляд. И, к моему удивлению, она смотрит на меня. Когда я по конвейеру оказываюсь напротив неё, слышу как она говорит своему коллеге:

— Ну вот, например, молодой человек. Какой крепкий.— одни мышцы.— Вон еще один. Я бросаю взгляд в заданном направлении. Ну, конечно — Саша Лукьянов. Действительно, на фоне этой прокуренной толпы мы выглядим прямо микро-Геркулесами.

— Прямо приятно посмотреть, сразу видно — не теряли времени даром,— и она обращается ко мне.— Вы занимаетесь спортом?

— Да.— мое самолюбие польщено.

— А каким видом?

— Классическая борьба и атлетическая гимнастика,— отвечаю я, чувствуя себя посвященным в Рыцари Круглого Стола.

Она благодарит кивком головы и приветливо улыбается:

— Повернитесь, пожалуйста… Нагнитесь… Ягодицы раздвиньте…

Интересно, как чувствовал бы себя сэр Ланселот на моем месте?

***

Невропатолог от души меня пожалел:

— Ох и паршиво тебе будет служить с остеохондрозом! Плохо, что ты в стационаре не лежал — того гляди домой бы поехал.

Успокоил! Кто бы раньше подсказал! Теперь поздно… Знать бы прикуп — жить бы в Сочи! Эх!…

***

После комиссии мы поплелись в казарму и там опять стояли: на нарах был конкурс, как в институт народного хозяйства — шесть человек на место. Сидячих мест тоже не было. Пока мы осматривались, около нас остановился солдатик с тремя призывничками.

—…там возьмете лопаты и почистите плац, сделаете — доложите! — Ребята пошли, а он повернулся к нам.— И вы двое, тоже на плац!

— Ну, ну! — ухмыльнулся я.— Уже в пути! — Да ты знаешь кто я такой? — он выпятил грудь, будто был директором Каспийского моря.— Я старшина этой роты!

— Куль ты с горы, а не старшина,— ответил я.

Солдатик сдулся и в недоумении перевел взгляд на Саню, как бы не понимая, что происходит. Саша молча подтвердил мои слова весьма авторитетным кивком.

— Почему? — по детски обиделся старшина.

Я объяснил:

— Если ты старшина, ты сначала нас должен обеспечить местом для отдыха и еды. Мы еще не ужинали.

В такой трактовке авторитет его, как должностного лица, был не ущемлен, поэтому он бросился искать нам место под солнцем. Но тщетно. Пришлось его отпустить, сказав, что мы сами о себе позаботимся, а он пусть ищет себе людей для чистки плаца.

***

Подполковника Шевченко мы встретили возле «шоферской общаги» (нам сказали, что он живет по соседству). К дому подкатил УАЗик, из которого вышли два круто поддатых офицера — майор и подполковник. После коротких переговоров подполковник пообещал посодействовать и предложил остаться ночевать с шоферами. На утро он удивленно спросил, кто мы такие и чего тут делаем. Пришлось снова объяснять, что мы художники-оформители, кандидаты в мастера спорта, и вообще, «взрослые серьезные люди».

Мы остались. День ото дня Шевченко приводил в свой загон новых призывников: был один телемастер, один мастер по стрельбе, баянист — лауреат республиканского конкурса, перспективный лыжник и другие нужные люди.

***

Двадцать пятого ноября нас отвезли в Свердловск.

1«   ‹2›   ‹3›   »16

Третья рота  › Мелочи жизни

На страницу автора